Печать
Рейтинг:   / 4
ПлохоОтлично 

001-sobolev-a-n-

 

ПЕНЗА ПРОТИВ АБВЕРА

В ночь на 25 апреля 1943 года в небе над Салтыковским (сегодня Земетчинский) районом Пензенской области послышался гул пролетающего самолета. Долетев до лесного массива, самолет пошел на снижение, рокот усилился, и в ночном небе появился купол раскрывшегося парашюта. Взревев моторами, «Юнкерс» опять набрал высоту и повернул на запад. Купол парашюта бесшумно утонул в кронах деревьев. Ночной лес встретил чужака оглушительной тишиной...

sob008-01-junkers -ju.52Большинство забросок немецких диверсионно-разведывательных групп осуществлялись самолетом «Юнкерс-52» (Ju-52), известным в люфтваффе под прозвищем «Тетушка Ю»

 

 ДАЛЕКО ЗА ЛИНИЕЙ ФРОНТА

Приземление бывшего военнослужащего Красной Армии, а теперь немецкого шпиона Алексея Иваненко прошло успешно. С собой у него коротковолновая радиостанция, документы, оружие и деньги. Задача: добраться до Пензы, поселиться недалеко от железной дороги и вести наблюдение за передвижением составов.

sob008-02-beriya-l-pЛаврентий Павлович БЕРИЯ (1899-1953), генеральный комиссар госбезопасности (1941), маршал Советского Союза (1945), Герой Социалистического Труда (1943), лишённый этих званий в 1953 году

Начиная с 1942 года, когда линия фронта отодвигалась все дальше на восток, Пензенская область стала объектом пристального внимания немецкой разведки. Генеральный комиссар госбезопасности Л. П. Берия докладывал И. В. Сталину:

«В марте-апреле 1942 года органами НКВД задержано 76 агентов германской военной разведки, переброшенных на самолетах в составе групп и в одиночку для шпионской и диверсионной работы в городах Вологда, Ярославль, Иваново, Пенза, Тамбов, Куйбышев, Сталинград, Казань, Горький».

Шпионажем и диверсиями в советском тылу занимались, главным образом, две службы: германская военная разведка и контрразведка Абвер (нем. Abwehr — оборона), а также политическая разведка и контрразведка — Главное управление имперской безопасности (РСХА).

С 1942 года разведывательно-диверсионные группы комплектовались в основном бывшими советскими военнослужащими, попавшими в плен. Для их подготовки немцы создали целую сеть разведшкол. Многие из них дислоцировались на оккупированных территориях. Самая знаменитая разведшкола Абвера, считавшаяся образцовой, находилась в Варшаве. Туда отбирали военнопленных из среднего командного состава и только лиц с высшим или средним образованием. Срок обучения в школе составлял от 2 до 6 месяцев. Операции по заброске новоиспеченных агентов в советский тыл происходили, как правило, ночью, на небольших высотах и в безлюдных районах.

 

В НКВД С ПОВИННОЙ

Но не все бывшие красноармейцы горели желанием служить Германии. Многие, находясь в плену, оказывались в ситуации непростого выбора: погибнуть в концлагере или работать на немцев. Соглашаясь на сотрудничество, они рассчитывали при первой же возможности сдаться советским властям.

sob008-03-structure-penza-nkvd-department

Именно так и поступил уроженец Пензы Сергей Миронов, попавший в плен в 1942 году. После обучения в Варшавской разведшколе его забросили в родные края, но сразу после приземления он сдался сотрудникам НКВД. При себе Миронов имел полный джентльменский набор шпиона: фальшивые документы на разные имена, чистые бланки с печатями советских воинских частей и подробную карту Пензенской области. После обязательной в таких случаях проверки бывший агент Абвера был прощен и опять ушел на фронт бить фашистов.

Среди агентуры встречались даже дети. В годы войны Абвер организовал школу по подготовке диверсантов из подростков, которых сотрудники немецкой разведки вербовали в детских домах на оккупированной территории. Правда, расчет на «русский гитлерюгенд» у немцев не оправдался. Высадившиеся в советском тылу детдомовцы-диверсанты, как правило, сдавались, поражая контрразведчиков своим багажом, которым их снабжали гитлеровцы, — брикетами взрывчатки, имевшими форму и цвет каменного угля. Эти брикеты дети должны были подбрасывать в паровозные тендеры.

По статистике того времени, приблизительно третья часть агентов-парашютистов сдалась НКВД. Конечно, немецкое руководство понимало, что часть агентуры разбежится или явится с повинной сразу же после высадки. Видимо, расчет делался не на качество, а на количество.

 

РОКОВОЙ ВЫСТРЕЛ

sob008-04-gorelkin-g-sГ. С. Горелкин, начальник УНКГБ по Пензенской области с 1941 по 1943 гг.

Разоблаченный агент — это вовсе не бесполезный материал. Его можно и нужно использовать в хитроумном контрразведывательном хозяйстве. Захваченных и перевербованных шпионов часто использовали в радиоиграх с противником.

В планы упомянутого Алексея Иваненко, приземлившегося ночью в Салтыковском районе, не входила явка с повинной в НКВД. Он благополучно добрался до Пензы и поселился на окраине. Почти месяц наблюдал за проходившими через Пензу железнодорожными составами. Но карьера разведчика у него не заладилась. Однажды во время чистки пистолета, выданного ему на «той стороне», он случайно нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и Иваненко скорчился от боли. Рана оказалась не смертельной, но потребовалась медицинская помощь. Информация о несчастном случае дошла до НКВД, и неудачливого агента-радиста разоблачили. Теперь ему пришлось работать уже на советскую контрразведку. Началась радиоигра, цель которой заключалась в дезинформации гитлеровцев.

sob008-05-nikolaev-z-vЗ. В. Николаев, начальник УНКГБ (УМГБ) по Пензенской области с 1943 по 1949 гг.

В то время разведчики, обосновавшиеся в глубоком тылу противника, осуществляли регулярную связь с центром только с помощью радиостанций. Слабым местом такого способа связи были батареи питания. Кроме того, радиостанция могла поломаться. Понятное дело, что достать батареи или запчасти для немецкой аппаратуры на советской территории было невозможно, поэтому как только батареи начинали «садиться», агент сообщал об этом в центр, чтобы к нему выслали курьера с новыми источниками питания. В советской контрразведке на такие случаи разработали целую методику. Для большей убедительности работу радиостанции, задействованной в радиоигре, вели на пониженном напряжении, а радист передавал в центр сообщение о проблемах с аппаратурой. Вот тут-то и начиналось самое интересное. Если немцы подозревали, что агент провалился, то прекращали с ним связь. Но, похоже, немецкой разведке понравилось, как работает Иваненко. Ему в помощь присылают еще одного шпиона. С собой он привез новые батареи, деньги и фиктивные документы. В соответствии с полученным заданием ему предстояло остаться в Пензе и работать вместе с Иваненко, что и было сделано. Радиоигра продолжалась...

 

«ПЕТРОВА» РАДИРУЕТ ИЗ ПЕНЗЫ

Пик активности немецкой разведки в Пензенской области пришелся на 1942-1943 годы. Как раз в этот период разворачивались решающие сражения Великой Отечественной войны в Сталинграде и на Курской дуге. В 1943 году советская контрразведка провела масштабную радиоигру под кодовым названием «Опыт», в которой участвовали перевербованные агенты, работавшие на девяти радиостанциях в прифронтовой полосе. Радиоигра велась, чтобы скрыть готовившееся наступление на Курской дуге. Но проблема заключалась в том, что прифронтовую агентуру немцы могли легко проверить, поэтому руководство контрразведки приняло решение задействовать радиостанции, находившиеся в тылу, в том числе и в Пензе. В одной из таких игр принял участие бывший командир взвода саперного батальона Красной Армии, а затем немецкий агент Василий Шестаков. В 1941 году он попал в плен, его завербовали, и он прошел подготовку в Варшавской разведшколе. Находясь в Пензе, он работал уже на нашу страну, выходил в эфир под позывным «Петрова», передавая немцам дезинформацию о железнодорожных перевозках к линии фронта, согласованную с Генштабом Красной Армии.

Вражеские агенты попадались порой на мелочах. Гвозди в сапогах немецких шпионов были с квадратной шляпкой, в то время как сапоги советского производства подковывались гвоздями с круглой. В фальшивых документах немцы использовали нержавеющие скрепки, наши же скрепки оставляли на бумаге след от ржавчины. В настоящих советских печатях и штампах встречались слегка искаженные или смазанные буквы. Аккуратные немцы, думая, что это брак, изготавливали печати с идеально четким шрифтом. На самом деле шероховатости были ничем иным, как специальными приметами, по которым отличали настоящие печати от поддельных. Образцы таких документов, изъятых у вражеских шпионов в Пензе, до сих пор хранятся в Управлении ФСБ по Пензенской области.

 sob008-06-decalЭкземпляр пропуска агента абвера, хранящийся в УФСБ по Пензенской области. Агент обязан предъявить пропуск немецким солдатам или офицерам при переходе линии фронта после выполнения задания в советском тылу. В тексте сообщается, что предъявитель его состоит на службе в абвере, о чём следует незамедлительно сообщить в отдел 1С штаба дивизии. Пропуска изготавливались из бумаги или куска материи. Зашивались в одежду.

Только за лето и осень 1942 года в Пензенской области было задержано более шестидесяти разведчиков и диверсантов. Многие сдались сами, а кого-то задержали пензенские чекисты. Наверняка были и такие, кто просто затерялся на пензенской земле, скрываясь как от абвера, так и от НКВД.

Александр СОБОЛЕВ.

 

Имена действующих лиц изменены.

В статье использованы материалы из архива УФСБ по Пензенской области. 

 

________________________________________
Опубликовано: «Наша Пенза», областная газета,
№ 34 — 25-31 августа 2011 г.,
 с. 13.

________________________________________
  

 

 

 

Комментарии   

 
0 #1 Лиана 24.10.2016 04:08
Испытываю все эти мерзкие методы диверсионной и подрывной деятельности,в конечном итоге сводящейся к имущественным интересам обыкновенных бюргеров.
Цитировать

 

Добавить комментарий


хостинг KOMTET