Печать
Рейтинг:   / 3
ПлохоОтлично 

 

Данная статья была опубликована к 100-летию со дня открытия памятника М. Ю. Лермонтову в Пензе в 1992 году.

 

ПАМЯТНИК ПОЭТУ

В 1891 году исполнялось 50 лет со дня смерти Михаила Юрьевича Лермонтова. За год до этого в небольшом кружке почитате­лей его таланта возникла идея торжествен­но отметить юбилей поэта, установив ему в Пензе памятник. Зная, возможно, о неудав­шейся попытке дворян Чембарского уезда еще в 1864 г. организовать Всероссийскую подписку на сооружение в Пензе памятни­ка Лермонтову и о растянувшейся на 18 лет истории создания первого в России памят­ника поэту, открытого в 1889 г. в Пятигор­ске, в Пензе решили пойти по другому пути и, не афишируя столь широко свой замы­сел, попытаться обойтись собственными си­лами.

lermontov-monument-wПамятник М. Ю. Лермонтову. Автор фото: О. В. Авдеев.

15 октября 1890 г. в зале Соединенного собрания, что располагалось на углу Дворянской и Никольской (ул. Красная, 60/ К. Маркса, 8), состоялся спектакль, сбор с ко­торого положил начало фонду для проведе­ния 50-летнего юбилея со дня смерти М. Ю. Лермонтова.

Учитывая, что знакомство с отдельны­ми событиями культурной жизни прошлых лет как правило извлекает из забвения име­на, интересные или сами по себе, или по их близости к людям более известным, допол­няя тем самым биографии последних, не ог­раничимся упоминанием лишь самого фак­та проведения этого спектакля, а приведем рецензию на него, опубликованную в «Пен­зенских губернских ведомостях».

«Спектакль этот, состоявший из двух пиес: «Цепи» — драмы в 4-х действиях соч. князя А. Н. Сумбатова и монолога «В следу­ющий раз» соч. Донкура, привлек много­численную публику. Все ряды стульев были заняты, многим пришлось отказывать за не­имением свободных мест, где бы можно бы­ло дать хоть подставной стул. Вообще как по сбору, так и по исполнению спектакль был весьма успешный. В драме особенно отличились мастерской игрой г-жа О. Г. Эренберг в роли Волынцевой и В. Ф. Мейергольд(Вера Федоровна, р. Штольц, — жена Артура Эмильевича, старшего брата Всеволода Эмильевича Мейерхольда. — А. Д.) в роли Ольги Гараниной. Г-жа Стапевич прекрасно провела роль Анфисы Ан­дреевны Гараниной. Г-н Дубовицкий был положительно хорош в роли Георгия Дмит­риевича Пропорьева, прожигателя жизни, наложившего «цепи» на Волынцеву и до­ведшего эту ветреную женщину до само­убийства. В объяснениях своих с Волынце­вой, прошлое которой покрыто многими темными пятнами, Пропорьев в лице г. Дубовицкого был бесподобен. Прочие испол­нители также старательно провели свои ро­ли. После каждого акта публика щедро награждала исполнителей шумными апло­дисментами. В заключение г-жа Мейергольд очень мило и живо исполнила моно­лог «В следующий раз». (ПГВ, 1890, №221, 17 октября, с. 3).

Хороший сбор со спектак­ля, составивший 257 руб., позволял наде­яться, что подобные мероприятия помогут набрать необходимую сумму.

Заказ на изготовление бюста был сде­лан петербургскому скульптору Илье Яковлевичу Гинцбургу (1859-1939) — будуще­му академику, автору памятников А. С. Пушкину в Екатеринославе (Днепропет­ровске, 1901), Н. В. Гоголю в селе Большие Сорочинцы (1911), И. К. Айвазовскому в Феодосии (1914, 1930), надгробий В. В. Стасову (1908) и М. М. Антокольскому (1909) в Петербурге, памятников казнен­ным в Шлиссельбургской крепости (1919), Г. В. Плеханову (1925) и Д. И. Менделееву (1932) в Ленинграде, а также множества бюстов и произведений мелкой пластики — статуэток.

Однако установка памятника в губерн­ском центре, как оказалось, должна была санкционироваться самим императором, что делало вряд ли выполнимым решение открыть памятник Лермонтову в юбилей­ные чествования, даже с учетом их предпо­лагаемого переноса с 15 июля (дня смерти) на 2 октября (день рождения).

По заведенному порядку пензенский губернатор А. А. Горяйнов 24 июня 1891 г. запросил Министерство внутренних дел о разрешении установить в Пензе в город­ском сквере памятник М. Ю. Лермонтову. На это Техническо-строительный комитет МВД 3 июля затребовал от него

«для предо­ставления на высочайшее благоусмотрение <...> полных чертежей предполагаемого к устройству монумента с планом места и с надписями, какие полагается на нем изо­бразить, а также согласия на это устройство Пензенской городской думы».

16 июля воп­рос о постановке памятника Лермонтову рассматривался в думе и получил едино­гласное одобрение, а 23 августа необходи­мые материалы были направлены в Петер­бург.

Приближался юбилей, но ответ из сто­лицы все не поступал, да и бюст еще не был готов. Поэтому в программу юбилейных че­ствований пришлось внести коррективы.

Празднование состоялось 2 октября и началось в 2 часа дня панихидой в кафед­ральном соборе, в которой принял участие соединенный хор певчих под управлением архиерейского регента А. В. Касторского. Торжественность момента подчеркивалась присутствием высокопоставленных лиц: вице-губернатора К. П. Перцова, губернского предводителя дворянства Д. К. Гевлича, председателя Пензенского окружного суда М. В. Клименко и председателя Саратовской судебной палаты Ф. Ф. Иванова. Здесь же в полном составе находились учащиеся 1-й мужской гимназии, отслужив­шей у себя панихиду по Лермонтову еще 16 августа.

После собора прошла панихида и во 2-й мужской гимназии, а также торжественный акт, где с биографией поэта выступил учитель русского языка В. Н. Шамраев, а ученики старших классов Кротков, Мейергольд (Всеволод Эмильевич) и Куланда прочитали его стихи.

Затем в зале Дворянского собрания со­стоялся Лермонтовский вечер, чистая вы­ручка с которого составила 301 руб. 75 коп. Программа вечера, опубликованная накануне в «Пензенских губернских ведомо­стях» (1891, № 209, 29 сентября, с. 3), обе­щала быть следующей:

«I-е отделение:

1) «Памяти Лермонтова» перед бюстом поэта* прочтет В. М. Мануйлов,

2) сцена из оперы «Демон», муз. Рубинштейна, исп. А. М. Панчулидзева,

3) «На смерть Пушкина», стихотворение Лермонтова, прочтет М. А. Красовская-Мокур,

4) «На севере диком», муз. Даргомыжского, исп. хор А. В. Кастор­ского.

II-е отделение:

1) живая картина — сюжет из стихотворения «Хаджи-Абрек» Лермонтова, исполнят М. А. Красовская-Мокур и П. И. Дубовицкий,

2) «По небу полуночи» и «Горные вершины», муз. Ру­бинштейна, исполнят А. М. Панчулидзева и А. И. Панафутина,

3) сцена из драмы «Мас­карад», исполнят О. Г. Эренберг и В. М. Мануйлов и

4) «Ноченька темная» из оперы «Демон», исполнит хор А. В. Касторского».

Концерт должен был закончиться танце­вальным вечером».

Высочайшее соизволение на установку в Пензе памятника Лермонтову было дано

28 ноября 1891 г., а лишь в апреле следую­щего года «Пензенские губернские ведомо­сти» сообщили, что все части памятника получены. К этому времени было собрано на его сооружение 909 руб. 75 коп.

Здесь следует подробнее остановиться на источниках поступления средств, поскольку имеющиеся публикации о памят­нике Лермонтову дают довольно-таки нега­тивную оценку позиции, занятой в этом вопросе как представителями государст­венной власти, так и органом общественно­го самоуправления — думой, на которой лежала обязанность развития городского хозяйства и благоустройства города.

Конъюнктурный подход, выражаю­щийся в принижении всего положительно­го, что исходило от представителей правя­щих классов в дореволюционной России, вообще был характерен для советской исто­рической науки. Поэтому ничего удивительного и нет в том, что, к примеру, в статье П. Максяшева «Первые памятники поэту» («Пензенская правда», 1964, 21 июля) именно таким образом и расставле­ны акценты и, в частности, подчеркивает­ся, что правящие круги не дали санкции да­же на проведение местной подписки для сбора средств на сооружение памятника Лермонтову в Пензе. Хотя никакого особого разрешения на это и не требовалось: уж ес­ли одобрено само мероприятие, то никто не мог запретить человеку добровольно по­жертвовать на него свои личные сбереже­ния. Напротив, оказывать материальную поддержку благим начинаниям было обычным, широко распространенным в дорево­люционное время явлением.

Нельзя сказать, что и местные власти остались в стороне от проведения чествова­ния памяти Лермонтова: в 1891 г. губерн­ским казначейством по указанию губерна­тора А. А. Горяйнова на эти цели дважды выдавались суммы (в 150 и 107 руб.) пен­зенскому врачу, коллежскому советнику Виктору Матвеевичу Мануйлову.

Ну а что касается отказа думы в выделе­нии недостающих средств на изготовление бюста М. Ю. Лермонтова, как о том пишет Л. Рассказова в статье «Памятнику — 100 лет» («Пензенские вести», 1992, № 102, 9 июня, с. 5), то здесь все же не следует гово­рить об этом так уж безапелляционно. В своем заседании от 16 июля 1891 г., на ко­тором было дано разрешение на установку памятника Лермонтову в городском сквере, относительно выделения средств дума по­становила:

«Что же касается заявления г. Мануйлова о пособии со стороны города к погашению затрат по заготовлению [так в тексте]бюста, то вопрос об этом, как каса­ющийся сверхсметных расходов, передать на предварительное заключение постоян­ной бюджетной комиссии».

То есть, как ви­дим, отказывать она не собиралась.

Что решила бюджетная комиссия, нам не известно, скорее всего свободных средств не нашлось, но дума, не считая пожертво­ванных городским головою купцом Нико­лаем Тимофеевичем Евстифеевым 25 руб­лей, не имея возможности непосредственно оказать помощь, вполне могла походатай­ствовать об этом перед Обществом взаимно­го кредита.

Как бы то ни было, а Общество взаим­ного кредита, председателем которого в то время был штабс-капитан Алексей Никола­евич Бекетов, двоюродный дед А. Блока, выделило на памятник Лермонтову 200 руб.

Немалую сумму — 100 рублей — внес губернский предводитель дворянства дей­ствительный статский советник Дмитрий Ксенофонтович Гевлич, 10 руб. — прези­дент Общества сельского хозяйства Юго-Восточной России, коллежский асессор князь Дмитрий Владимирович Друцкой-Соколинский, еще 16 руб. — отдельные ли­ца.

Так сформировался капитал на памят­ник М. Ю. Лермонтову, который был израсходован следующим образом:

300 руб. по­шло на изготовление модели бюста,

330 руб. — на отливку бронзовых частей,

257 руб. 37 коп. — на постамент и доставку па­мятника на место,

126 руб. 40 коп. — на подготовительные работы в сквере.

Приба­вив сюда еще разные мелкие расходы, по­лучим сумму, превышающую почти что на 300 руб. собранный на эти цели капитал. За счет каких средств покрыли дефицит — уз­нать, к сожалению, не удалось.

Бюст поэта был отлит в Петербурге на заводе Морана, или, как он официально на­зывался в 1908 г., — на «Художественной бронзо-литейной и гальванопластической фабрике А. Моран[а] преемник»**, гранит­ный постамент сделан в мастерской Зохоржевского.

Открытие памятника состоялось 17 мая 1892 г. Это было долгожданное и радостное событие для всей общественности Пензы, но наибольший духовный подъем испытал, пожалуй, в тот день председатель правле­ния Пензенской общественной библиотеки им. М. Ю. Лермонтова, пензенский врач и гласный городской думы Виктор Матвеевич Мануйлов — главный инициатор идеи увековечения на пензенской земле М. Ю. Лер­монтова, взявший на себя наибольшую часть хлопот по претворению ее в жизнь.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

*Речь здесь идет, по-видимому, о гипсо­вой копии бюста, которую первоначально предполагалось поставить в сквере как вре­менный памятник, о чем говорил В. М. Ма­нуйлов в заседании думы 2 июля 1891 г.

** В «Пензенских губернских ведомо­стях» за 23 апреля 1892 г. (№ 84, с. 4) пред­приятие названо мастерской Морока (здесь, бесспорно, допущена ошибка при типографском наборе: «ан» принято за «ок»). Фабрика была основана в 1849 г. и считалась одним из лучших заведений в своей области, свидетельством чего было дарование ей права изображать на продук­ции, фирменных бланках и в рекламе рос­сийский государственный герб (двуглавый орел). Как видим, в 1908 г. владельцем был уже не А. Моран (по всей вероятности, к этому времени уже умерший), а какой-то его преемник, фамилия которого в рекламе предприятия даже не указана — это лиш­ний раз говорит, что само имя бывшего вла­дельца являлось лучшей рекламой фабри­ке. Небезынтересно привести аннотацию продукции фабрики на 1908 г.:

«Специаль­но отливает колоссальные памятники, фи­гуры, бюсты, группы, выполняет художест­венную бронзу для церквей, дворцов и фасадов во всех стилях».

 

Материал подготовлен на основе доку­ментов, хранящихся в ГАЛО

(ф. 108, оп. 1, д. 676, л. 234, 234об., 270об., 271 — Поста­новления Пензенской городской думы от 2 и 16 июля 1891 г.; спец.хран. № 43 — Дело, производящееся в канцелярии г. начальни­ка Пензенской губернии по письму чембарского уездного предводителя дворянства об открытии подписки на предмет сооруже­ния в Пензе памятника поэту М.Ю. Лер­монтову. 1864 г.; спец.хран. № 44 — Дело 3-го стола канцелярии пензенского губер­натора по ходатайству некоторых жителей Пензы о разрешении поставить на город­ском сквере памятник поэту Лермонтову. 1891г.) и ЦГИАСССР (ф. 1293, оп. 124, д. 72 — Дело о постановке бюста поэта Лер­монтова в г. Пензе. 1891 г.), а также статей в «Пензенских губернских ведомостях» за 1890 г. (17 октября, № 221, с. 3; 24 октября, № 225, с. 3), 1891 г. (29 сентября, № 209, с. 3; 4 октября, № 212, с. 2, 3; 16 октября, № 222, с. 3) и 1892 г. (23 апреля, № 84, с. 4; 17 мая, № 101, с. 4). Кроме того использована литература: Лермонтовская энциклопедия. М., «Сов. энциклопедия», 1981, с. 363; Дмитрук Е. Я., Кузнецов С. Г. В памяти на­родной. — В сб.: Краеведческие записки. Вып. II, с. 164-166. Саратов-Пенза, 1970; Скульптор Илья Гинцбург. Воспоминания. Статьи. Письма. Л., «Художник РСФСР», 1964; Справочная книга Пензенской губер­нии на 1892 год. Сост. В. П. Попов. Пенза, 1892; Ежегодник Общества архитекторов-художников. Вып. 3, с. VII. СПб., 1908.

А. И. Дворжанский

 ________________________________________
Источник: «Пензенский временник любителей старины»,
№ 5 — 1992, с. 11-13.
________________________________________

 

 

Добавить комментарий


хостинг KOMTET