Печать
Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

 

М. М. Иванисов

ПЕНЗА.

ПОЭТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ ГОРОДА

В 60-70-Х ГГ. И САТИРИЧЕСКИЕ

ОЧЕРКИ КУПЕЧЕСКОГО БЫТА

 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Подъем духа предприимчивости в торговом мире города Пензы
и рост города после проведения железной дороги.

      Для ознакомления с содержанием материала необходимо навести курсор на одну из кнопок и нажать на нее
            ↓                                                                                   

Глава I

 

Глава I

С о д е р ж а н и е :

1. Пробуждение торгового населения
от векового сна.
2. Ликование купечества по поводу
проведения железной дороги. Мечты
о возвышении родного города.
3. Возрождение города. Прославле-
ние судьбы. Хвала городскому
самоуправлению.
4. Отчуждение ярмарочной площади
под постройку железной дороги.
Соображение Городской Думы
о выгодности этой операции.
5. Сетование граждан на действия
Городской Думы.
6. Город дает угощение железнодо-
рожникам и народу и решает вопрос
об отдаче ярмарочной площади.
Обманутые надежды.
7. Спор из-за площади между
Городской Думой и железнодорож-
никами. Угрозы Думы о применении
налогов на жизненные предметы
дороги за нарушение ею словесного
договора. Налоги на дома граждан.
8. Мотивы, оправдывающие
действия Городской Думы.
9. Заботы Думы о благосостоянии
города и связанные с этим крупные
расходы.
10. Затруднительность сведения
балансов городской кассы.
11. Купцы отклоняют критику
действий Городской Думы, ожидая с
нетерпением выехать на простор и
посмотреть свет.
12. Современное купечество отри-
цает систему уплаты долгов,
практиковавшуюся их отцами,
и вводят более рискованные коммер-
ческие обороты.
13. Мечтания купцов производить,
при современном положении, обшир-
ные закупки дорогих товаров.
14. Купцы проектируют применять
к делу новые способы уплаты долгов
и, обогатившись, мечтают привезти
вагон красивейших невест и попи-
ровать на радостях.
15. Пензенские купцы отправляются
в путешествие по новой дороге —
по направлению Москва — Петербург.
16. В дороге купцы ведут разговоры
с пассажирами о цели своей поездки.
17. Купцы пренебрежительно
отзываются о Московских делах
и ее коммерческом мире.
18. Купцы желают иметь
интеллигентных коммерсантов.

 

1.

 Как мной сказано словами:
"Все со временем придет,
Не годами, так веками,
Но своим свое возьмет!.."
И сколь лет под спудом кровлей
Город Пенза прозябал!
Ни наукой, ни торговлей
Не имел себе похвал...
И все тот же обыватель,
Что был ныне — и давно,
Тот же самый покупатель,
То же требовал одно.
И текло так год за годом,
День за днем, за ночью ночь...
Но, как сказано народом,
Что прошло — то время прочь!
А теперь — во славу Бога —
Оживятся все дела:
К нам... железная дорога
Протянулась и легла...

2.

И пойдет теперь движенье
И минуется застой,
И торговые сношенья
Будут с каждою страной;
Заглушим весь свет деяньем
По коммерческим делам,
Нанесем удар компаньям
И торговым городам!
Много будет дел нестройных
В той, иль в этой стороне,
Много — жалости достойных
Обнаружится вполне:
Много сгибнет капиталов,
Много рушится делов,
Много будет перепалов
Из торговых городов!..
Так как в Пензу век явился,
Век — давно желанный век!
Пенза-город оживился
И — ликует человек!
Это новое явленье,
С новым счастием зари!
И все приняло движенье —
И снаружи, и внутри...
Это — будет город новый,
Новый Гамбург и Калькутт,
И ему — венец лавровый
На машине подвезут!
И тогда все, с важным тоном —
Современно и всегда —
Подходить будут с поклоном
Все торговы города...
И величественно — гордо
На возвышенном ходу
Станет он пятою твердой
Первый — в первом череду!
Вот судьба как управляет
И дает всему свой рок,
Вот — что Пензу ожидает —
Этот тихий уголок...

3.

И теперь — что в Пензе стало, —
Даже трудно угадать:
Одного — как не бывало,
А другого — негде взять!
Где был пустошь бесполезный
И гуляли лишь тельцы,
Там -— проходит путь железный,
Там — явилися дворцы;
Где приют был людям скудный —
Память прошлой старины, —
Там — явился вал причудный —
В три сажени вышины!
И все — ровно, и все — прямо,
Как по выстрелу ядра:
Нет — ни рытвин, нет — ни ямы,
Нет — ни топи, ни бугра!
Слава русскому Правленью!
Слава русским богачам!
Слава мудрому ученью!
Слава свету и людям!
Но вся слава всех хвалений —
Нашим градским старшинам,
И великих дел уменью,
Этим — гениям сынам!
Посмотреть на обстановки
В наших прочих городах, —
Не найдется — ни сноровки,
Ни умения в делах:
Там — за городом дорога,
А там — за версту иль три...
Здесь — у нас — удобней много:
Прямо города внутри;
А еще б... еще немножко,
Ближе — сажен сотни две —
Прямо было бы в окошко
Городскому Голове!..
Как бы вышел из калитки,
Или б вышел за балкон,
И садись — не под кибитки, —
А прямком — в любой вагон!
Хорошо, впрочем, и это,
Что в виду теперь и есть,
И за это — многи лета!
И за то — хвала и честь!
Да при том — ни капитала,
Ни потери никакой,
А судьба лишь помогала
С нашим Градским Головой...

4.

И что стоят все проводы
Этих рельсовых путей, —
То — не может быть и в годы
Ни дешевле, ни смешней!
Площадь отдана такая,
Где лишь ярмарка была, —
Да и ярмарка — пустая
И пустые в ней дела...
Да и что же собирала?
Тысяч пять иль тысяч шесть —
В доход градский капитала...
Вот и все, и только есть!
А тут — дело миллиона,
А не тысячей пустых;
Дело — шума, дело — звона,
Дел великих, дел живых!
Тут — не так, как прежде было:
В шесть иль восемь молотков
Депутация ходила
Брать поборы с мужиков
За места, в доход, с привозу:
Лык, мочал, рогож, цынов —
По двугривенному с возу,
По полтиннику с коров!
Тут — доход не только Думы,
Но тут будет всех доход,
И такие будут суммы,
Что разинет всякий рот!
Тут — со всех сторон польется
И прибыток, и товар,
Всяк день ярмарка начнется,
Всякий час пойдет базар;
Разве-разве, кто уж — вялый,
Иль кому уж будет лень,
Но и тот — ходи, пожалуй,
Так, глядеть, хоть целый день...
Вот в чем дело, как то видно,
В чем весь Думы был расчет:
Чтоб всем было не обидно,
Чтоб при деле был народ.
Припасай лишь, знай, приемы
И встречай и млад и стар,
И опрастывай хоромы
Да амбары под товар;
Да гостиниц с номерами,
Да московских поваров,
Да телят с тетеревами,
Да уральских осетров!
Так как к нам лишь для привета,
Налетят со всех концов,
Иль пожалуй, с всего света
И банкиры, и купцы,
И бароны, и маркизы,
Лорды, графы и князья...
Вот где сбор пойдет акцизов,
Вот где польза для людей!

5.

Точно, были эти мненья,
Толковал иной народ,
Что тут — Думы нераденье:
Было выяснить доход!
Отдала-де площадь эту,
Не спросясь своих граждан,
Ни народного совета,
Ни совета сторожан...
Где ж-де ярмарка-то наша,
Золотое наше дно,
Золотая наша чаша,
Наше — пиво и вино?
Сколько лет-де веселила
Нас и наших всех гостей,
И поила, и кормила
Сколько лет собой семей!
Но к чему ж все то послужит
И к чему то поведет,
Если Дума в том не тужит, —
В чем же нам тужить вперед?
Да чего все то мы знаем!
Этот толк лишь на словах,
А вполне не понимаем,
Что коснется на делах!
Дума все сочла то разом,
Что — и как, с чего начать,
У нее достанет разум,
Где что взять и где — не взять...
Была ярмарка, конечно,
Ну, была — да уплыла...
Дай ей Бог себе навечно
Вспоминать свои дела!

6.

Нет, но Дума все смекнула
Прежде, нежель был вопрос...
Но... Дорога натянула
Ей, сказать, немного нос,
В том: когда, как пир давали,
Близ Гостинного двора,
И на славу угощали
И кричали все — ура!
А для публики — побочной —
Из особенных прикрас
Был устроен вид нарочный
Для потехи и для глаз:
Были вывешены флаги,
Расстановлены шесты,
На шестах висели фляги, —
Впрочем... были все пусты;
Но — которые с вершины
Доставать их то могли, —
Получали по полтине,
Получали и рубли!
А в шатре — шипели питья
И лились почти рекой:
То — свершалось рукобитье!
Или русский был запой...
Так при этом-то обеде
И при этой пировне,
И при этой-то беседе,
И при шуме, и вине, —
Будто б речь и состоялась
У Дороги с Думой в том,
Что Дорога обещалась
За усадьбы и полом
Заплатить за все, что стоит;
Если ж больше повредит,
То она тот куш удвоит,
Если ж — больше — утроит!
И затем же, скорым бытом,
Обещала в этот раз:
Город вымостить гранитом,
Так как грязен он у нас...
Да потом — и обманула,
Ничего и не дала!
А как Дума то смекнула, —
И закинула дела...

7.

И возникла переписка
И расчеты начались;
Говорят, что к делу близко,
Только малость не сошлись!
Так что, Дума просит много —
И за прошло и вперед,
А Железная Дорога —
Ни копейки не дает!
Говорит: ничуть не мало,
Что ей не за что платить;
Что Дорога обещала
Думе только посулить...
А что Дума в время это

Не смотрела на дела
И не поняла предмета,
И расчет не поняла;
Если б знала бы причину,
Что всему своя чреда:
Спустя лето, по малину
В лес не ходят никогда!
И подобные сим штуки
И описывать шутя;
Хорошо читать от скуки...
Но, ведь, Дума — не дитя!
Если мысль Господь ей вложит,
ТоДорогу так катнет,
Что на все акциз наложит
Или пенные возьмет;
Или будет брать поборы
С пассажиров, с багажей;
И с артелей, и с конторы,
С кочегаров, с сторожей,
С паровозов и с вагонов,
С шпал и рельсовых полос,
С кузниц, с дров, с воды, со звонов
И с подмазанья колес...
Вот и все тут! Что ж такое?
Не дадут коль этих прав, —
Изберет — чего другое:
Будет брать побор с канав!
Так как есть статьи прямые
На взиманье по делам,
Так как земли — городские
Подчинены ей правам;
А уж если все и эти
Не пойдут дела на лад,
Так у ней еще в предмете:
Взять с домов двойной оклад;
Так не то, что не уронит
Этот Думский интерес, —
Но вдвойне, втройне нагонит
И составит перевес...

8.

Впрочем, так сказать, что стыдно
И Дороге поступать:
Дума с ней сошлась солидно,
Так должно тем и кончать!
Не на все же делать акты,
Не на все же составлять
Купчьи крепости, контракты
Иль условия, сказать!..
Это было то и прежде
И при нынешних годах:
Мало ль догворов в надежде
При условьях — на словах!

Даже можно бы в предмете
Поиметь расчет и тот:
Мало ль есть разинь на свете,
Но не лезут же им в рот!
И затем, в соображенье
Можно также попринять
Все и Думы положенья:
Где ж-де ей доходы брать?
Коль не взять уже с Дороги,
Так после того — с кого ж?
У кого не ходят ноги, —
С тех подавно не возьмешь!

9.

Хоть считает полной чашей
Нашу Думу весь народ, —
Но у ней, голубки нашей, —
И громаднейший расход!
Тут принять в расчет лишь надо:
Что — не сотня и не две, —
А три тысячи оклада —
Городскому Голове!
А там — также членам Гласным,
А там — прочим всем чинам,
Как то: классным, как то: частным,
Докторам и фельдшерам.
Там — ремонт, там — освещенье,
Там — постройка мостовых,
Там — квартирны помещенья
Для училищ, для больных.
Там — того, другого нету,
Там — то, это починить;
Нужно сделать всему смету,
Нужно все сообразить:
Что и как, каким размером,
И когда, и как начать:
Иль — хозяйственным манером,
Иль — с торгов кому отдать...
А там — глядь, в дождливы годы,
Или в осень, иль весной,
Когда слякотные воды
Долго держатся порой, —
Тут опять пойдут заботы
Нашей Думе с разных мест:
И осушивать болота,
И указывать объезд,
Кто б не мог куда свалиться,
Кто б — в грязи где не увяз;
Это то, как говорится,
Что проезду нет подчас.

10.

А везде, во всем — все Дума,
Иль сказать еще верней,
Что ни дело — то все сумма
Выходить должна у ней!
Но тут главное всех боле,
Как сводить концы делам,
Чтоб согласно по контролю,
Чтоб согласно по ценам?
А в подобной сумятице, —
Даже те задачи есть,
Что и опытные лица
Не найдут концы как свесть.
Даже так подчас бывает,
Что сумм тысяч до пяти
В кассе денег не хватает
И не знают, где найти!
Этот — не брал, этот — тоже,
Не расходовал и тот...
И катнут — (спаси их, Боже)
В непредвиденный расход...
Только служит и спасеньем,
В том лишь только и баланс
По отчетным составленьям,
Чтоб был правильный... аванс,
И нельзя: дела такие,
И нельзя иначе быть,
Дела сложные, большие,

Так — немудрено забыть...

 11.

 Но возьмем сего помимо,
Как не нам про это знать:
Как подчас необходимо,
Иль под время, помолчать.
И за Думскими делами,
И приходом всем — расход...
Трудно мелкими умами
Выводить всему учет!
Да и скучное то дело,
И не нам о том судить:
Нам — то дело, чтоб все пело,
Чтобы скукой не томить.
Этой Думе, точно, много
Нужно думать поумней,
А для нас — одна Дорога
Оживилась бы скорей;
Да дала бы нам свободу
За терпенье стольких лет,
Показать себя народу,
Посмотреть людей и свет:
Где что есть и что — творится,
Где что зреет, что — растет,
Где как солнышко садится
И отколь оно встает;
Где какие есть столицы
И — какие города,
Где какие звери, птицы,
И какая им чреда;
Где какие рыбны ловли
И каких оне пород,
И какие где торговли
И какой где оборот;
И какие где товары,
И куда идет весь сбыт;
И новы они, иль стары,
И дают ли на кредит?..

12.

Вот тогда бы наше дело,
В той иль этой стороне,
Развернулось, закипело
И прославилось вполне!
Пригласили б мы с собою
Коммерсантов — богачей —
Из особого покроя,
Из особых лихачей...
Тех, что кои в обороты
Любят все без денег брать
И оканчивать расчеты:
Никому не отдавать!
А у нас — под это время,
Этих рисков на авось,
Развелось такое племя,
Что едва ль когда велось!..
Так вот, с этой-то собратью
Вместе б двинулись и мы...
И такие б, по занятью,
Натворили кутерьмы, —
Что едва ли, где бывали,
Или были, — да не так,
То есть — брали, торговали
На какой-нибудь пустяк!
Да и то, драла с них шкуру
Эта матушка — Москва,
А они платили сдуру
Полтора — за рубль, иль — два!
И тянули свои жилы —
Так десятки целы лет
И крушили свои силы:
Удивить хотели свет!
Взявши в голову все бредни,
Чтоб укоров не нажить,
Что готов иной последнюю
За долг душу заложить.
Мы-де честностью гордимся,
Нам-де честность есть закон,
За нее не согласимся
Мы-де взять и миллион!
Да потом вдруг и свернутся,
Станут с нищими в ряду;
Да уж век свой так и гнутся —
На жару и холоду, —
Без куска и без одежды,
Без гроша и без сапог,
И без всей во всем надежды...
Вот — и честности урок!

13.

Нету, — мы бы все товары
Стали грудами громить,
В магазины и амбары
Все поездами возить;
Как то: поезд — два с мехами:
Из куниц и из лисиц,
С соболями и с бобрами,
И с мехами, даже, птиц;
Поезд также — канифасов,
Поезд — драпов и бархот,
Кашемиров и атласов,
И с журналами всех мод;
Поезд — с разными мылами,
Разных фирм и разных стран,
И с помадой и с духами,
С фаброй, пудрой и румян...
А про прочие предметы —
Стыдно вестьи разговор;
Например, про казинеты,
Ситцы, нанки, коленкор,
Драдедамы и камлоты,
Миткаль, тики, плисы, твид, —
Разве будем брать для счета,
Чтоб поддерживать кредит.
Словом — все, что только ново,
Иль подходным углядим...
А о деньгах — ни полслова:
Мы всем после отдадим!
А последни безделушки —
Галнтерейну дребедень —
Будем брать все без полушки, —
Отправлять раз восемь в день!
И оставим, разве, только
Мы товарами громить:
Чтоб самим вздохнуть немного,
Иль — Москву не разорить.

14.

А потом, как заберемся,
Иль заправимся, верней, —
И пролезем и протремся
В ряд почетных богачей…
Да и вдруг, мое почтенье!
Не угодно ль-де, — вот так:
Всем вам сделать предложенье —
Получить за рубль — пятак!
А потом — опять за то же.
Иль, сравнительно сказать,
Хоть не то же, но — похоже, —
Будем вновь без денег брать...
А там — бросим хлам бездушный,
И в особенный поезд —
Самый легкий и воздушный —
Привезем вагон невест!
Не красавиц из гаремов, —
Но прекраснейших Елен,
Ренцивенов и Дружневнов —
Самых нынешних времен!
И с пунсовыми щеками,
И с молочной белизной,
С сторублевыми косами
И со всею белизной...
Так чтоб мужу молодому
Подарила в перву ж ночь —
Для него и для бы дому —
Или сына, или дочь!
И на радости бы этой
Мы устроили бы пир,
И чтоб этот пир воспетый
Был на славу, в звуках лир!
И так — целые б недели
Пировали вокруг столов,
Веселились, пили б, ели
Все одних бы осетров!..

15.

Но... веселье это бросим,
Как другие предстоят..
И покорнейше попросим,
Не угодно ль, с нами в ряд,
Вновь отправиться в дорогу
По направленным путям, —
И какую же тревогу
Мы б подняли здесь и там!..
Были б говоры об этом,
Были б говоры о том,
Что к трудам одним газетам
Будет нужен целый том:
Где мы были, что творили —
Им то нужно будет знать;
Где и что, почем купили
И на чем могли кончать;
И какой расчет остачи,
И какой остачи срок,
Или вовсе без отдачи:
Года на два сесть в острог...
Но начнем все эти штуки
Шиком, с первого раза,
Чтоб нагреть побольше руки,
Чтобы пыль пустить в глаза:
Подойдем толпой к вагонам,
Сядем важно, как купцы,
И потом прямком со звоном
Полетим во все концы,
Во все дали, без оглядки,
Ветрам ходу не дадим,
Засвистим во все лопатки
И Везувьем задымим!..
Замелькают лишь пред нами
Города и села вдруг,
А потом, уж под руками —
И Москва, и Петербург!
И тогда, с иным соседом,
Иль с знакомым, иль с родным,
Мы в столице пообедам,
Спать — в другую полетим...
Разве только, мимоходом,
Поведем на этот раз
Речь с попавшимся народом —
В промежуток, лишний час:
В том — куда-де мы собою
Так без удержу спешим,
Почему-де мы с Москвою
Повидаться на хотим?
Сколько лет-де покупали
И коммерции вели,
Вместе пили, пировали
И — заехать не могли?
В этом есть-де неприличье:
Быть в Москве — и в ней не быть,
И не выполнить обычья,
Чтоб чайку с кем не попить!..
А мы им на эти речи,
Иль на этот ихний спрос,
Приподнявши гордо плечи,
Иль поднявши кверху нос, —
Скажем им: так что ж такое?
Покупали, — слова нет,
А теперь — хотим другое,
Как другой стал ныне свет:
И ушли-де мы намного,
И не те уж образцы:
К нам железная дорога
Пролегла во все концы; —
Так другой стал обыватель,
И другой разверт делам,
И другой стал покупатель —
И не требует ваш хлам.
Да не то, что эти хламы,
Но и самая Москва,
Выключая Божьи храмы,
Стала вся, как трын-трава:
Ни политики, ни чести,
Ни солидности какой,
Окроме торговой лести —
Выхвалять товар пустой.
Да хвалить пред целым миром
Нас, когда мы с кошельком,
Да водить нас по трактирам —
Угощать пустым чайком.
Да и что ж тут все толкуют,
Час сидевши за столом?
Только то: что как торгуют,
Кто как продал и почем;
И кому как отпустили:
В два, три срока, иль в один;
Но про что б ни говорили,
А все гнут на свой аршин.
А коснись в чем рассужденья
Про особые дела,
Про особые движенья, —
Глядь, не тут-то и была!
И предмет весь речи бросят,
Скажут: это все пустяк!
И опять чайку попросят
Вновь подбавить на пятак.
Но теперь в таком терпенье
Не нуждаемся пока,
Нам все эти угощенья
Попромыли все бока...

18.

А нам нужно коммерсантов —
Чисто зрелые умы,
И политиков, и франтов, —
И с познаньем, как и мы:
Чтоб при нашем каждом деле
Был не ваш пустой чаек,
А шампанские б шипели,
Бивши пробки в потолок;
Так чтоб дело — было делом,
Наш кредит — не дым, не тля!
Не записываем мелом,
А даем все векселя!..
А прибавим: что с Москвою
Всем вам делаем поклон...
А потом — махнем рукою,
Да и... ширк скорей в вагон.
Крикнем только кочегару
Иль самим кондукторам,
Чтоб как можно больше жару
Было дадено парам!..

 

Читать далее
Подняться к началу

Глава II

 

ГЛАВА II

С о д е р ж а н и е:

19. Пензенские купцы приехали в
Петербург, минуя Москву. Пензенс-
кие купцы, представляясь местным
банкирам, передают цель своей
миссии.
20. Политика купцов в сокровенных
мечтах о кредите.
21. Купцы восхваляют торговые
обороты Пензы.
22. Восторги купцов о росте и
богатстве их родного города.
23. Обороты городских банков.
Заявление о разрыве коммерческих
сношений с Москвой.
24. В случае возможного неуспеха —
войти в компанию с банкирами;
Пензяки думают вести оптовое
дело.
25. Отказавшись от первых проек-
тов знакомства с денежными
тузами, купцы решают снять
роскошное помещение в первой
Петербургской гостинице.
26. Пензенские купцы проектируют
разослать особые, сочиненные
поэтами, приглашения на бал.
27. В виду могущей быть неудачной
редакции приглашений, купцы
вынуждены отказаться и от этого
проекта.
28. 29. Купцы предпочли лично
пригласить нужных им лиц и для
сей цели отправились в театр.

 

19.

Ну, вот, мы и в Петербурге!
И с банкирами в среде...
Как коммерции Ликурги,
Смотрим, слушаем везде:
Где о важностях толкуют,
И про что, и как, о чем—
Предлагают, иль торгуют,
Что такое и почем.
И мы, вдруг, с иным банкиром,
Иль с коммерческим тузом,
Роль игравшим с целым миром,
Речь такую поведем:
Мы-де — Пензенски Граждане,
Или Пензенски купцы,
Нам знакомы-де заране
Все банкирские дворцы;
Так имеем честь-де с вами
Быть знакомыми, что мы —
Вновь явилися с делами:
В переводах — на займы,
И покупок облигаций,
Или выдач, или мен,
По тарифам разных наций,
По тарифам разных цен.
Но — как дело миллионов,—
То желательно- де нам
Пригласить компанионов
В интересах — пополам.
И согласны-де, — так будем
Вообще дела те весть
И заранее обсудим,
Где и что такое есть:
Где какие обороты,
И какой чему где сбыт,
И какие где расчеты,
И какой и где кредит.

20.

И коснемся осторожно
Нашей Пензы торгашей,
И узнаем, сколь возможно
Сделать сбыт их векселей;
И в каких понятьях значат,
И в каких они ценах,
Веселят тех, или плачут,
В чьих находятся руках.
Разумеется, сначала
Бросим взгляд на оборот:
Про размеры капитала,
Про кредиты и расчет;
Как во всем-де ныне надо
Осторожно поступать,
Как большого нужно взгляда —
Дела делать и кончать;
А то, как-де ни возьмися,
Все везде одно и то ж,
Что, куда не оглянися —
И застой, и неплатеж!..
Лишь у нас-де в Пензе ныне,
Как дорога пролегла,
Нет банкротства и в помине,
И цветущие дела,
И громадные кредиты,
И громадный всему сбыт,
И кредиты — так открыты,
Что давай лишь на кредит!

21.

А какое, вдруг, движенье
Повсеместно — там и тут,
Коль взглянуть, так удивленье:
Весь почти предела люд!
И артели, и раб очи
Все ликуют, как волна,
И с утра до полуночи
Нет — ни умолка, ни сна!
Там — отправки, там — приемы,
Там — в вагонах, там — в возах,
В бочках, ящиках, в соломе,
В кипах, свертках, в коробах!
А магазины и лавки?
Так отделаны, сказать,
Что, без лести, могут ставки
И московским позадать!
Обстановка и размеры?
Это — этак, это — так,
И фигуры, и манеры,
И отделаны под лак!
А снаружи — что такое?
Посмотреть — так просто страх:
Все везде — все золотое,
Так и мечется в глазах!
Вывеск фирм — в различных фонах:
Над дверями, на дверях,
На подъездах, на колоннах,
За углами, на углах...
Пестрота различных литер —
Всех оттенков, всех цветов
И таких, — что самый Питер
Не имел подобных слов!
И кому — чего, что надо,
Иль кто хочет что спросить, —
То излишний труд для взгляда
И в магазины ходить:
А прочти лишь — по рассказу,
Что исписано кругом,
То найдешь всего все сразу,
Все, что нужно, и почем.
Тут — чего, чего уж нету:
Для занятий, для работ,
И для зал и кабинету,
Для еды, тепла и мод;
Тут — часы, меха и вина,
Сахар, чай и табаки,
Фрукты, швейные машины,
Сукна, шляпы, башмаки...
И процентные билеты
Разных выпуск, разных лет;
Даже многие предметы
Есть и те, чего и нет!

22.

А дома? — дворцы маркизов,
Иль — герцогские дворцы:
От подъездов до карнизов —
Все балконы да крыльцы!
Над дверьми — зонты, футляры
И фамильные значки;
Пред дверьми стоят швейцары,
За дверями — казачки.
А что — залы, что — гостинны?
Окон свет аршина в три,
А над окнами — гардины
И фасонные драпри;
Канделябры, люстры, лампы,
И диваны, и столы,
Вазы, бюсты и эстампы,
И паркетные полы!
А в конюшнях — вороные —
Аттестатны рысаки,
Экипажи — выписные,
Сбруя, седла, чепраки...
И откуда что явилось,
И откуда что взялось,
И откуда так раскрылось,
И откуда поднялось!
Словом, все живут по-пански!
А в собраньях и балах —
Только пьют одне шампански —
При буфетах и столах!
Разве-разве для сноровки
И под случай так иной, —
Выпьют с кем простой углевки,
Для политики одной...
А вдобавок этой речи
И вдобавок этих слов —
Так приподняли все плечи, —
Что всяк графом быть готов!

23.

И в таком доверье стали
Наши Пензенски купцы,
Что едва ль когда бывали
Где подобны образцы;
Так что им все наши банки
Тысяч по ста выдают —
Под одни пустые бланки,
И учета не ведут!
И во всем другое стало,
И расчет совсем другой,
Нежель прежде, как бывало
С нашей рыночной Москвой,
Что почти одни велися
Неприятности всегда!..
Но теперь... с ней разочлися
Безо всякого стыда:
С кем — в рассрочку небольшую,
С кем — со скидкой небольшой,
А с кем — вовсе начистую,
Как бы розлились водой;
А иные — переводом
На известных богачей:
С винокуренным заводом,
Иль — с заводом кирпичей...
Словом, все, с кем только знались,
То — со всеми разочлись!..
Разве те в долгах остались,
Что которы не нашлись...

24.

И с подобным убежденьем,
Разумеется, опять
Вновь приступим с предложеньем:
Нас в компанию принять.
Но, конечно, эти Крезы,
Как известно по слуху,
Весь рассказ сочтут за грезы,
Иль сочтут за чепуху.
И, конечно, слишком туго
Отыскать на первый раз
Исто денежного друга,
Чтоб полезным был для нас.
Это знаем мы и сами,
Что тут будет неуспех, —
Что окольными путями
Весть нельзя с собою всех.
Так и тут равно придется
Нам ту ж участь испытать:
Что иной и отвернется
И не будет рассуждать;
Плюнет, просто, без ответа,
Отвернется и — пойдет!
Но в том нам убытка нету,
Если наша не возьмет!
Да и нужно согласиться,
Что, конечно, шаг велик,
Но для нас, как говорится, —
Нам, чтоб сделать только шик.
А то — бросимся в другое,
Где верней что может быть:
Прямо — в дело оптовое,
Где чтоб сразу захватить.
Но не думайте — в лабазы,
Где кулями продают, —
Нет!.. Где — золото, алмазы,
Бриллианты, изумруд, —
Все отделано вещами
В разных видах, разных мод...
И мы б стали брать горстями —
И для цен, и для красот:
Для уборов, для парадов,
Для театров, для балов,
Для визитов, маскарадов,
Танцевальных вечеров...

25.

Впрочем, нет... другой сноровкой:
Снимем прежде нумера
С превосходной меблировкой,
Где хороши повара;
Да и чтоб во всей столице,
И на лучшем рубеже,
Выше не было светлицы —
На девятом этаже!
И как — новы квартиранты,
То дадим и новый взгляд:
И все кресла и диваны
Переставим на свой лад;
Придадим всему комфорту —
По стенам и по углам,
Так, чтоб было тошно черту
С богачами пополам!
И таким путем устроив
Весь этаж, хотя бы он
Был из нескольких покоев
И из множества окон,
Но чтоб в каждые окошки,
Как взглянуть, — то б на виду
Был весь Питер на ладонке —
И стоймя, и на ходу!..
Но сначала, как подъедем,
То, чтоб с первого ж раза,
Шик задать всем близ соседям,
Иль всем пыль пустить в глаза,
Сложим разные багажи —
Сундуки, ковры, ларцы,
Чемоданы, саквояжи,
Самовары, погребцы...

26.

Но, конечно, в вечер первый,
Как с пути и суеты
Много действует на нервы
И подводит животы, —
Так и нам — на первый случай —
Кроме не с чего начать:
Выпить русской, не шипучей,
И ложиться прямо спать.
А на утро, как проснемся,
Все осмотрим, оглядим,
Уберемся, приберемся,
Все духами раздушим.
Призовем к себе поэтов,
Почту целую наймем:
И посланий, и приветов
Во весь Питер разошлем,
И не в вялых каких прозах, —
Но в изысканных стихах,
И в различных видах, позах,
В разных ямбах и стопах!
В том, что мы-де — те и те-то,
К вам-де прибыли оттоль,
Так желаем-де привета
И весть с вами хлеб и соль...
Впрочем, мысли те — не наши,
Но поэтов: дело их,
Как составить лучше, краше
И какой приличней стих;
Мы дадим им только темы,
Чем начать и заключить,
А уж там — они поэмы
Могут сразу настрочить.
Да такое новоселье
Зададим, иль прямо — бал,
Что подобного веселья
Сроду Питер не видал!

27.

Впрочем, может быть, случится,
Что и в этих видах план
В этот раз не состоится
По каким-нибудь делам.
Может быть, иные — будут,
А другие — не придут,
А иные — позабудут
И за дело не сочтут.
А, быть может, что и это —
Почему не будет сбор, —
Что в посланиях поэта
Нагорожен будет вздор.
Хорошей иной распишет —
Любо-дорого читать:
И во всем все негой дышет,
Или прелестью, сказать;
А другое — вдруг читаешь,
Точно — видишь, что стихи,
А прочтешь — не понимаешь,
Кроме глупой чепухи.
Так и наши, может статься,
Все послания — и тут
Также могут оказаться,
И к чему себя относим,
И относим дружбу к ним...
Так нам для таких предметов
Не потребно — ни послов,
Не потребно — ни поэтов,
Ни посланий, ни стихов.

28.

А мы прямо приглашенья
Можем лично передать
И для этого сношенья
Путь особый изобрать:
Мы наймем себе фиакры,
Лошадей таких — картин,
Полетим во все театры,
Иль в какой-нибудь один;
Где, конечно, уж — Шекспира,
А не прочий какой вздор, —
Но Шейлока или Лира...
И артисты — на подбор.
И поснимем кресла, ложи, —
Средь почетных богачей, —
Что которых нет дороже
И которых нет важней!
И как сядем, то при этом
Явим невидаль собой:
Кто — с биноклем, кто — с лорнетом,
Кто — с подзорною трубой;
Кто — с цветком, кто — с целой кучей
Всех сортов конфект, а тот —
Запасет, на всякий случай,
Дара крика полон рот...
И при случае искусства
И особо важных сцен,
Вызывающие чувства
На живой аплодисмент, —
То — при этой бы всей трели,
Для эффектной полноты, —
Враз на сцену б полетели
И конфекты, и цветы.
А затем, сего взамену,
Всех актеров и актрис
Враз бы вызвали на сцену
И кричали бы всем "бис"!

29.

А в антрактах, при буфете,
Разузнали бы тотчас:
Кто — вот те и кто вот — эти,
Кто — узнал бы также нас;
С кем — вошли б в сношенье дружбы,
С кем — знакомством так одним,
У кого б — спросили службы,
Предложили б службу — им...
И пошло бы дело делом
На все тоны и лады, —
Роль вся — главная — быть смелым,
Не выказывать нужды;
А то — все пойдет, что надо,
Ведь не каждая душа
Может высчитать со взгляда,
Что у нас нет ни гроша;
Что мы все не столь богаты,
Что кругом в одних долгах,
По пословице стократы:
Как овца, порой, в репьях!
Что мы для такой приманки,
В честь бесплатного займа,
Обобрали многи банки
И торговые дома!..
Но, оставя эти сказки
И оставя этот бред,
А пойдем скорей к развязке,
В чем наш приступа секрет.

 

Читать далее
Подняться к началу

Глава III

 

ГЛАВА III

 С о д е р ж а н и е :

30. Из театра купцы едут с новыми
знакомыми в лучший "отель"
и устраивают банкет.
31. За ужином купцы расхваливают
гостям друг друга.
32. Купцы осторожно подходят
к вопросу о своих задушевных
мечтаниях, восхваляя торговые
дела своего города.
33. Критика Московских товаров.
34. Критика Московских фирм.
35. Критика Московских изделий.
36. Разрыв сношений с Москвою.
37. Проекты устройства торговых
дел в Петербурге.

 

 30.

 Мы, как кончат представленье,
То все прямо же отсель,
Всем составим предложенье
Ехать в лучший "гранд-отель".
И артисткам, и артистам,
Журналистам, маклерам,
Ком'сеньорам, контористам
И всем, всем профессорам...
А потом, — как по прибытьи, —
И рассевшись на диван,
Враз подать попросим питий
Всех сортов и всяких стран:
И шампанских, и бургонских,
И мадер, и дре-мадер,
Тенерифных, лиссабонских,
Ромов, хересов, ликер...
А затем — и разных родов
Русских водок, вин, и чтоб
Были Пензенских заводов
И высоких самых проб, —
Так как многие артистки
Понимают высший свет, —
Находили, что очистки
Лучше Пензы водки нет!
Да мигнем официанту,
Чтобы живо подавал
И чтоб прямо из-под крана
Новых бочек наливал.
А затем, конечно, к водке
Для закуски и красы
Дать велим: икры, селедки,
И вестфальской колбасы.
И пойдет потом компанья:
Тосты здравные за всех,
В честь знакомства, в честь свиданья,
В честь — занятий, в честь — успех!
Тот — стаканом, тот — бокалом,
Этот — рюмкою, а тот —
Без разбору, всем запалом,
Что под руку попадет!

 31.

 Вот уж тут мы и раскроем,
При каких кто есть делах,
И усилие удвоим —
И в рассказах, и хвалах.
И среди такого крута,
И среди таких почет
Мы начнем хвалить друг друга,
Кто вот — этот, кто вот — тот.
Петр начнет хвалить Тараса,
А Тарас — Петра с Кузьмой,
А Кузьма — Луку и Власа,
Влас — хвалит Илью с Фомой.
Кто и как, и кто что значит,
Кто какой оригинал,
Кто — не тужит и не плачет.
Что сто тысяч потерял.
Этот — тоже, шутки ради,
Сразу тысяч пятьдесят
Дал взаймы родному дяде
И не требует уплат.
А вот — тот... по обороту,
У кого коль что возьмет,
Прежде сроков — до расчету —
Отдает все всем вперед.
Этот — Крез, а тот — молодчик —
Есть примерный чести сын:
Тесть — богач, да сват — заводчик,
Да — Почетный Гражданин.
У того — большие средства —
После матери, а тот —
Дожидается наследства —
После дяди, как умрет.
Те и те — крутом в доходах,
Эти — с полною сумой,
Эти — в разных переводах
Ходят в банки, как домой!

32.

А затем, по усмотренью,
Как хвалы пойдут на лад,
То есть, в том, как примут мненья
И какой в том примут взгляд, —
Мы приступим и к другому:
Кто — мы, что — мы и отколь,
Для чего, к чему такому
Делим с ними хлеб и соль;
Что-де мы и наши предки
Дело делали с Москвой,
Торговали... но впоследки
Стал товар их весь пустой,
И для Пензы не подходит:
Как всяк житель стал у нас —
Капитален и свободен,
И всяк лезет в высший класс!
Те, кто жили — были прежде
И ходили по наймам
Из-за хлеба, из одежды, —
Ныне — всяк стал барин сам.
Кто носил споги засурски
Да сермяжны армяки, —
Те все просят петербургски
Сапоги и сюртуки.
Те, — что бочки полоскали
И сметали лишь крыльцы,
То теперь в почетах стали
И первейшие купцы.
Кто — знавал чулки да спицы,
Кур, подойник да коров, —
Ныне — первые царицы
И собраний, и балов!
А сколь шику, сколько тону,
Если нужно что из мод,
То все требуют фасону,
Чтобы за год был вперед;
А иначе и не станут
Беспокоить вас собой,
Разве, так себе, что взглянут
Для политики одной.
Мало этого, что эти, —
Кто на эту стать попал,
Иль имеют шанс в предмете,
Иль кто нажил капитал, —
А то — те, кто на поденной
С лопатенкою, иль так,
Глядь, — на нем сюртук фасонный
Иль журнальный модный фрак!
Словом, так все щеголяют,
Что — куда тут и Москва...
И живут и поживают
Все спустя так рукава!
Оттого теперь и стало
На Московский весь предмет
Покупателей так мало,
Иль почти что вовсе нет.

33.

И Московские товары
В Пензе в нынешни года,
Так сказать, что слишком стары
И негодны никуда.
И не толь, кто покупает,
Иль их можно продавать, —
Но подчас самим бывает,
Что их стыдно показать.
Есть товары — но какие?
Прямо — русских мастеров,
И все сбродные, пустые —
С разных сел и городов:
Из Калуги, из Ростова,
Ярославля, Костромы,
Тулы, Рузы, Серпухова,
Шуи, Вязьмы, Кенешмы...
И какие ж все предметы,
Далее выслушать смешно:
Ярославские салфеты,
Ярославско полотно,
Нитки, разные тесемки,
Нижгородски кушаки,
Шарфы, кружевцы, бахромки,
Ситцы, нанки, плис, платки;
Кой-какие безделушки:
Разных выдумок корсет,
Куклы, детские игрушки,
Пряжки, блочки для штиблет;
Книги, суздальски картины,
Лак, торжковски башмаки,
Пиво, спирты, водки, вина,
Палки, трубки, чубуки;
Тульски, Павловски изделья,
Костромские пояса,
Костромские ожерелья,
Кольца, перстни, гаруса,
Шнуры, пугвицы, плетенья,
Серьги, брошки, гребешки,
Фрукты, вяземски печенья,
Чашки гжельские, горшки...
И подобные сим штуки
Или так подобный хлам,
Взять который стыдно в руки,
А в особенности — нам!
Иль которы просто даром
Нужно выкинуть, подчас,
А они его товаром
Выставляют на показ!
И везде — всего буграми,
И везде — всего в пригнет,
А к чему? — не знают сами:
Так, — дивить хотят народ!
Но не все ж конечно, — это:
Есть — и сукна, бархата,
Есть — и модные предметы, —
Но — все средние сорта:
Да и те — все точно то же
На порядочную стать
Совершенно не подхоже,
Если только разобрать:
Что съестное — все пахуче,
Что суконное — гнилье,
Набивное — все линюче,
Что фасонное — старье.
Разумеется, для дома
Что-нибудь и подойдет —
Человеку пожилому
На вседневный обиход;
А для высших разных штатов,
Персонажных важных лиц,
Щеголих, аристократов —
Совершенно нет вещиц.

34.

А уж этих публикаций, —
Боже мой! — на целый свет!
И каких-каких нет наций
И отколь, кого там нет:
Из Парижа, из Марселя,
Из Лиона, из Берлин,
Из Ливорно, из Брюсселя,
Из Мадрида, из Афин!
Этот — химик, тот — механик,
Этот — новый врач зубной:
Наговаривает пряник
После дождика — весной;
Тот — открывший составленья
Небывалых порошков:
Для посуды серебренья
И замазки для горшков;
Тот — имеет аттестаты,
Тот — похвальные листы, —
Что он строит самокаты
И возводит-де мосты: —
Тот — за комнатны работы
Получивший похвалу,
И наводит позолоты
По металлу и стеклу...

 35.

 А уж вывески, модели? —
На всю диву и красу!
Те — оттуда, те — отселе,
На стенах и на весу,
И всех видов, всех манеров,
Иль сказать, — на всяку стать,
И в гигантских все размерах,
Так что за версту видать!
Там — перчатка в три аршина,
Фрак — в воротне полотно,
Крендель — ульцы в половина,
Там — сапог во все бревно!
А по модному предмету
Для всех возрастов и лиц —
То каких-каких уж нету
Мастеров и мастериц!
И журналов и фасонов,
Платьев, кофточек, капот,
Шляпок, буклей, шинионов...
Словом, всех возможных мод!
Например, вдруг — Генриетта,
Получившая патент:
Вяжет берточки для лета
Из различных старых лент;
А там — модная "мадама"
Дамских шляпок и убор,
Квартирующа на "Ямах" —
От Таганки — третий двор...
Иль открывшейся портнихи
Модных разных всех покрой
Заведенье, — на Плющихе —
Акулины Лукиной:
По второму повороту
От угла — в шестом дому,
Пройдя новые ворота, —
Спросить дворника Фому...
Иль — такие заявленья,
Например: депо иль склад:
Груши, пряников, варенья —
На углу, пройдя Арбат!..
Пятьсот ящиков лимонов —
Близ Калужеских больниц...
А там, вдруг — сто миллионов!! —
А чего ж?., фосфорных спиц!

36.

Вот — Москва чем щеголяет
Сей современной порой!
Вот — Москва чем угощает —
Этим... хламом, чепухой!
А доверят, — денег просят...
Где же — совесть отыскать?
Ну иные, точно, — бросят
Им... копеек двадцать пять!
Да и сердятся они же
И они же говорят,
Что виновные в том — мы же,
Что не делаем уплат!
А за что? — за эти дряни? —
Только жаль, что не хотим
Делать им укор иль брани, —
Что нам совестно самим...
Но теперь-де мы с Москвою,
Как водою разлились,
И последнею порою
Начистую разочлись.
А как бросить захотели
Их и с ихнею Москвой,
То к нам все и прилетели —
И с покорной головой:
Что-де мы вас снова просим,
Что-де вышло между нас, —
Все оставим-де и бросим
И забудем в этот раз.
И купите, как хотите,
И не толь — дать денег часть,
Но хоть вовсе не платите,
То и в том-де ваша власть.
Ну, конечно, обещались,
Дав им слово — быть опять...
Да потом, вдруг, и промчались:
Не пришлось им и видать!
Даже — в экстренном вагоне
Все за нами — до зари —
Будто б гналися в погоне...
Да разъехались в Твери.
Так как мы уж положили
Бросить эту канитель
И согласно порешили —
Изобрать другую цель:
Как хотим познамените
Все дела свои, напредь,
И в покупках и в кредите —
Прямо с Питером иметь!

37.

Завести везде конторы
Для удобств и для успех,
Фирмы, банки, чтоб которы
Знаменитей были всех.
Разумеется, сначала,
Мы себе определим
Основного капитала
Тысяч по ста с небольшим.
А как дело развернется
И усмотрим этот ход,
То тогда во всем начнется
Пополненье каждый год...
(А затем — другие взгляды
На учеты векселей);
Будем, главное, брать вклады —
Капиталов и вещей;
И помножим дивиденды
На процента три иль пять,
(А подобные проценты,
Кто ж не рад излишне взять?)
Особливо, кто навечно:
Тут большой пойдет расчет:
Но таким — уж мы, конечно,
Можем дать пятнадцать в год.
И не толь в одной столице,
Иль Российских городах —
Будем брать и за границей,
Иль, сказать, во всех землях...
И подобным предприятьем
Мы такую пыль дадим,
Что смешным, сказать, понятьем
Нам покажется самим...

 

Читать далее
Подняться к началу

Глава IV


ГЛАВА IV

С о д е р ж а н и е :

38. Купцы приглашают журналистов
сочинить в честь их оду,
распространив ее по Петербургу.
39. Предложение ком'сеньорам,
содействовать успеху предприятия
— приисканием мест покупки
товаров.
40. Маклерам дается поручение
разыскать источники кредита.
41. Купцы просят профессоров дать
несколько лекций о мировой торговле
и о новом типе коммерсантов —
Пензенских купцах.
42. Артистам дается поручение
спеть на сцене — перед публикой,
сочиненные поэтами куплеты о
трогательной дружбе и согласии
Пензенских купцов с торговым
миром Петербурга.
43. Банкет оканчивается
роскошнейшим ужином и обильным
возлиянием. Разъезд.

 

38.

А затем — еще артельно,
Незаметно и тишком,

Переспросим всех отдельно,
Кажду личность — под ушко:
Журналистов, чтоб в газетах
Помещали нас в статьях:
Как мы приняты в приветах
В Петербургских всех местах;
Как мы прибыли, явились,
Как — пошла тут кутерьма,
Как — заметно оживились
Все торговые дома.
За горами, за долами
Был о Пензе лишь-де слух,
А теперь-де — пред глазами
Видит Пензу Петербург!
Что-де будет, что-де станет
С Белокаменной вперед.
Как торговля там отстанет
И вся в Питер перейдет.
Или так другого рода
Этот вывод заключить, —
Целиком прямою одой
Из Державина хватить:
"Гром победы, раздавайся,
Веселися, Пензы Росс!
Звуком славы украшайся —
Мир торговый ты потрёс!"...
А припев к тому готовый
И за лучший образец:
"Славься сим, народ торговый!
Славься, Пензенский купец!"
И подобным продолженьем
Так всю оду проложить,
И подобным примененьем
Нас воспеть и восхвалить;
А за это — мы-де будем
Вам признательны всегда
И, конечно, не забудем
Нашей дружбы никогда!

39.

— Ком'сеньоров точно тоже
Мы попросим также в том,
Где что есть и что подхоже,
Где какой торговый Дом;
Где — новей какие штуки,
Где — что выгодней, на сколь,
И нельзя ль чрез ихи руки
Делать выписки оттоль?..
Словом — все, где только ново
Иль что важным может быть...
За комиссью ж — ни полслова:
Мы
-де можем оценить...
Контористов, — чтоб новее
Нам товары припасли
И как можно поскорее
С нами дело завели.

40.

— Маклеров, — чтоб все устроить
И вперед поговорить,
И вперед подзаготовить,
Где и как, чего купить;
Где что может быть подходней
И с какой где стороны;
Где и в чем, и как свободней
Мы условиться должны:
Передать чтоб в лучших тонах
Наши виды, нашу цель,
Что
-де дело в миллионах
Развернуть хотим отсель;
Так, чтоб не было замину
Никакого про кредит,
И о Деньгах — ни помину,
А то все
-де повредит.
Что
-де мы народ солидный,
И намек
-де в том такой
Будет слишком нам обидный,
Иль, как слишком мелочной;
И народ
-де мы известный
По коммерческим делам:
Благороден, важен, честный
По всем должным платежам,
И почти всему
-де свету —
Средь известных богачей —
За ходячую монету
Ход всех наших векселей;
И известно
-де доселе,
Что
-де мы всем искони
Выдаем при каждом деле
Обязательства одни.
А на денежны заборы
И покупок
-де таких
Даже наши все конторы
Не имеют этих книг;
Что у нас
-де покупались
Фермы, фабрики, поля —
И тогда
-де выдавались
Всем простые векселя.
А столкнется этак вместе
Платежей когда из касс —
Тысяч сто, иль тысяч двести, —
Всем и платим вдруг, за раз!
Так при этих оборотах
Векселей такая роль:
Чтоб
-де легче при учетах
Нам верней сводить контроль.
Как у нас-де будет скоро
Здесь громадных дел объем —
И центральная контора
И торговый главный Дом!..
Впрочем, маклер все со взгляда
Может смету взять и сам...
Разумеется, что надо
Тут помазать по усам...
А то это им не ново:
Маклер — весь такой народ,
Что продаст отца родного,
И обувшись, влезет в рот;
Им — не нужно знать, что — кто вы,
Только нужно знать — отколь,
И что точно вы торговы, —
И довольно знать поколь.
А уж он запустит трели
И такие даст хвалы,
Что
-де — это прилетели
В Питер с неба соколы.
Так, во что б
-де то не стало,
Но нас нужно удержать
И как можно-де сначала
Сразу больше доверять.
А потом-де — временами,
Как пойдут дела на лад, —
И бери-де нас руками,
Как простой, открытый клад.
В отношеньи ж капиталов
И каких он общих смет:
В том им также нужды мало
Знать, что — есть он или нет.
И за это не берутся,
Что там будет впереду:
У кого дела свернутся
Или — будут на ходу;
Но им нужно поскорее
Свое дело смаклерить,
Да чтоб так неприбыльнее
Свой расчетец учинить...

41.

А профессоров — в том деле:
Чтоб один перед другим
В своих лекциях гремели
Про кредит и коммерцизм;
Да чтоб этак — поважнее, —
И особо отличась,
Повитийней, посильнее,
Чтобы кафедра тряслась!
Взяв с глубокого начала
Первобытности времен:
Как торговля восставала
Всех народов и племен;
Как-де древни Египтяне
Торг с Мидийцами вели,
Как — в моря Финикияне
Отправляли корабли;
Как меж Персов и Критяней
Торгом дружбы начались;
Как — Спартанцы и Римляне
Из торговли подрались.
Как — гремела Византия,
Как — ворочала Ганза;
Как — восстала Московия —

Всем пустила пыль в глаза.
Как — пошли все те движенья
И деянья в род и род,
И в коммерческих сношеньях
Закипел везде народ...
Слава, люд тебе торговый!
Честь и доблия хвала!
Но теперь-де славой новой
Покрываются дела...
И не Персам, не Римлянам
Эта слава предстоит, —
А торговцам — Россиянам, —
И в современный наш быт.
И все то не за горами,
И не где-нибудь в былом,
А у нас-де, пред глазами,
Прямо — в Питере самом!
И не Тирцы, не Спартанцы —
Но новейши образцы
И новейши коммерсанты:
Прямо — Пензенски купцы!
И купцы, купцов которых
Трудно встретить, отыскать:
В предприятьях, в разговорах,
Где что взять, с чего начать;
Где что есть, чего где нету —
Все берут себе на вид,
И устроить где по свету
Хотят общий-де кредит.
И сколь нужно капитала
Не желают-де и знать,
Только все, что б ни попало —
Все хотят себе забрать:
Там свободно, там — контрольно,
Там — в паях дела иметь,
Но... затем, пока довольно...
Продолжение-де впредь.

42.

А артисток и артистов
Попросили б также всех,
Как то: комиков, солистов...
Для предбудущих потех:
Чтоб им Питерски поэты,
Как на память этих дней,
Проложили на куплеты
Это дружество гостей, —
Хоть на голос: "Как синица
Тихо за морем жила"...
Хоть на голос: "Как девица
За водой на речку шла"...
Да к тому бы не мешало
Те и мысли позанять,
Например, хоть так сначала,
Иль подобно так начать:
"Как станицею летали
На возморье сковорцы,
Как толпою приезжали
В Питер Пензенски купцы;
Иль весной под облаками
Как кружились журавли,
Как в компанье с Пензяками
Хлеб-соль Питерцы вели.
И на этом были пире
Только сваты да сватья —
В простоте, любви и мире,
В торжестве житья — бытья;
Как сосватались по нраву
И свершили договор:
Дать делам всем ход на славу —
И свободу и простор!
И по коему решенью
Стал и самый Петербург —
По любви и отношенью —
Задушевный с Пензой друг!
И пошла вся дружба эта
В роды род, из века в век...
Многи лета, многи лета!
Как жив будет человек!"...
И потом бы полилося
Угощенье вновь рекой,
Им, иль нам — кому пришлося,
Иль бы всяк своей рукой...

43.

А затем — роскошный ужин
Заказали б также тут;
Из полугор, иль двух дюжин
Превосходных самых блюд:
И в холодном, и в горячем,
И в вареном, и в жарком,
Рыбном, птичьем и телячьем,
И молочном, и грибном;
И с гвоздикой, и с корицей,
С черносливом, с миндалем,
С перцем, с уксусом, с горчицей,
С луком, хреном, с имбирем...
Это — целым, то окрошкой,
Это — в этом, это — в том;
Это — вилкой, это — ложкой,
То — щепотью, то — ломком...
И притом, всем персоналом
И за общим всем столом,
Что не в рот бы — всем бокалом, —
Запивать стали вином:
Кто — открыто, кто — украдкой,
Кто — в честь дружбы, в честь потех,
Кто — жеманно, кто — припадкой,
Кто — один готов за всех...
Вы смеетесь?.
. это видно...
Даже хочете сказать:
Что
-де это не солидно
И нейдет к сему под стать.
И возможно ль? — чтоб в компанье
Пить припадкою... что тут,
Поголосно, всем собраньем,
Опозорят, осмеют!..
Может быть, вы в этом правы,
Но позвольте объяснить:
Что — "в чужой приход уставы
Не должны свои вносить".
Это, может быть, и точно —
В черном, где
-нибудь, быту,
То считают за порочно
И не в выгодном счету.
А взгляните, в высшем классе,
Как пиры дают подчас,
Где всего в большом запасе...
Как гуляет высший класс?
Тут — всегда все пьют припадкой,
Особливо, как у нас:
Кисло
-горько, солно-сладко —
Стол составлен на заказ;
Тут — что только не свободней —
Ни жеманств, ни спесей — нет,
Тем выходит благородней:
Значит — видели-
де свет!..
Но... приступимте к рассказу:
Что нам, кто как пил да ел,
Кто — тянул себе, кто сразу, —
Нам до этого нет дел!
А мы скажем... что, покуда,
Все напившись до зела,
И осьмнадцатое блюдо
Пересушим догола...
А вдобавок, на загладку,
Дать морских попросим птиц,
Приготовленными в смятку
Свежих несколько яиц...
Там — десерты, там — аршады,
Там — фруктовых разных вод,
Лимонады, шоколады...
И — немецкий бутерброт.

А потом, как угостимся,
То — с желаньем им и нам
Разных благ... и распростимся,
И поедем по домам...

 

Читать далее
Подняться к началу

Глава V


ГЛАВА V

С о д е р ж а н и е :

44. Пензенские купцы после бала
визитируют торговым фирмам
Петербурга и знакомятся с городом.
Проект найма роскошного дома на
одной из главных улиц Петербурга
для открытия банкирской конторы.
45. Пензенские купцы пользуются
благоприятным началом и делают
ценные закупки. Неприятные
встречи.
46. Купцы выходят с честью из
щекотливого положения. Заявление
об учреждении центральной конторы.
Устройство кассового несгораемого
сундука.
47. Разъяснение системы бухгалтер-
ской отчетности. Условия кредита.
48.     Сравнение денежного оборота
Петербурга и Москвы. Купцы надеются
на свою счастливую звезду.
49. Политика купцов в отношении
платежей. Переговоры купцов с
доверителями о плохом качестве их
товара. Угрозы завести непосред-
ственные сношения с заграничными
фирмами.
50. Прощальный разговор с торговым
миром Петербурга и намек на
возможные сношения с Небесной
Империей.
51. Проект разработки природных
богатств Сибири и акклиматизация
пушных зверей и птиц у себя на
родине, как предметов торговли.
52. Прощальное угощение при
отъезде из Питера.

 

44.

А на завтра, прямо с ложа,
Иль оставивши кровать,
И опять поскачем тоже
Новых дружеств поискать.
Там — с визитом, там — с почтеньем,
По квартирам, по домам, —
С отношеньем, с предложеньем,
К этим — мы, а эти — к нам,
Так недели две походим,
Погуляем, покутим,
И к себе гостей поводим,
И собой их посетим...
Тут возьмем день-два антракта,
От гульбы поотдохнем,
И с особого вновь такта
Другим строем поведем.
Погуляем по столице,
Пересмотрим все концы:
Улиц башни, храмы, шпицы,
Монументы и дворцы;
И торговые подворья,
И торгову биржеву,
И раздольное возморье,
И гранитную Неву.
Побываем на ватаге:
Бросим несколько тонин,
Купим: корюшки, наваги,
Семги, сига, лососин.
Вам, друзья, сидевшим дома,
Вышлем также дружбы в честь,
Как любителям приема,
Как любителям поесть,
При особенном вагоне —
Безо всяких пассажир —
Всех пород рыб по две тони,
Залитых в тресковый жир;
Так как рыбы Петербургски
В нашей Пензенской стране
Чтутся лучшим для закуски —
При очищенном вине...
Поместим во всех изданьях
Публикации о том,
Что-де Пензенской компанье
Под банкирство нужен дом.
Дом — из лучших, образцовый,
Главных площадей в кругу,
И особо — на Дворцовой,
Иль — Царицыном Лугу;
И в годичные постои, —
Но, чтоб было с каждых мест
К дому, в каждые покои,
Свой особенный подъезд.
Это будет также к цели
И особых видов путь:
Что мы строим, в самом деле,
Не на шутку что-нибудь!

45.

А потом... и в рассыпную...
И другой возьмем эффект:
Кто — поскачет на Морскую,
Кто — на Невский, вдруг, Проспект;
Кто — на склады, кто — в амбары,
К фабрикантам, к ювелирам,
Где ценнее всех товары
И из первых главных фирм;
Кто — в главнейшие конторы,
Кто — в депо, кто — в магазин,
Кто — брать модные уборы,
Кто — суконное, кто — вин,
Табаки, чаи, сигары...
Или — все, что углядим:
И новы они, иль стары...
Но уж спуску не дадим!
А валяй все, что попало,
Где что только подойдет
— От большого и до мала,
Что под руку попадет;
— Только было б поценнее,
Да побольше что-нибудь,
Да карману прибыльнее,
Да с чем было бы шагнуть!
Ну, конечно, будут встречи,
Что, пожалуй, так иной
Поведет такие речи
Околесной стороной:
В спросах наших оборотов,
В чем и где наш главный сбыт,
И какой баланс учетов,
И имеем ли кредит?
И подпустят также штучку,
Или красненько словцо,
Чтоб им денежки на ручку,
Иль расчетец налицо, —
Как увидевши, что груды
Мы товарами громим —
И оттуда, и отсюда
В чем нам стыдно уж самим!
Например: торгуем чаем,
Да имеем табаки,
Гриб да швырь... а отбираем
Бриллианты да шелки,
Да современную моду,
Что последний дал журнал,
Чем, сказать по правде, сроду
Дед-медведь не торговал!

46.

Ну, конечно, что уловки
В этом явятся от нас, —
И помажем по головке
Чем-нибудь на этот раз.
Скажем им на все такое,
Ставши фертом, грудь горой:
Что-де это — все пустое
И расчет-де мелочной;
Что у нас-де все заранее
Могут этот куш считать
Все равно в своем кармане
И вполне располагать;
И что речь вести об этом,
Даже, так сказать, нейдет,
Как у нас по всем газетам
Все объявлено вперед:
В том, кто — мы, и что-де скоро
Здесь откроется у нас
И центральная контора,
Дом и банки общих касс;
Но-де наши ком'синьоры
По всем Питерским местам
Не могли найти квартиры,
Чтоб удобно было нам;
Да к тому ж, еще сначала
Нужно нам из первых штук
Для храненья капитала
Несгораемый сундук, —
И сундук — в таком размере,
Так сказать, хотя бы он
Мог вмещать, по крайней мере,
Лишней суммы — миллион...
Как у нас-де — в Пензе нашей —
Банк Общественный Градской,
Не с такою полной чашей,
Объем дела не такой,
И не столь банкирством важный
Спротив нас как, — но и тут
Приобрел сундук вальяжный:
В двести сорок восемь пуд!
А уж мы теперь пред этим
Метим для своих делов
Приобресть сундук с секретом —
Прямо — в тысячу пудов!
И давно уж заказали,
И готов, почти, давно,
Только петли не пригнали,
Крышку, внутренность да дно...

47.

А как все осуществятся
Обстановки и дела, —
Может каждый заявляться,
В чем бы сумма ни была,
И какая б — от меня ли,
От того... одно и то ж:
Только подпись, чтоб видали,
Кто приемлет тот платеж, —
И подать при заявленьи:
Счет, расписку, вексель, бланк, —
То — без всяких замедлений
Выдавать всем будет банк...
Как у нас-де многосложный
Компанейский оборот,
То — порядок: невозможно
Без того сводить учет!
И на этом основаньи
Весь контроль-де состоит
В том, чтоб взгляд был для компаньи:
Кто и что брал на кредит,
По каким где документам,
По счетам, иль векселям,
Без процентов, иль с процентом,
В срок, без сроку ль платежом?
И в таком оригинале
Весь порядок учрежден,
Что едва ль когда слыхали
От коммерческих времен!
Как хотим-де отличиться
И явить-де образцы,
Чтоб мог Питер подивиться —
Что есть Пензенски купцы!..
Словом, всевозможной чуши,
Что попало под язык,
Чтоб развесил каждый уши,
Чтобы всякий стал в тупик.

48.

Ну, конечно, Питер туже
И солидней пред Москвой,
А в доверьи — вовсе хуже, —
И порядок не такой.
Там — в Москве — то за привычку,
Там — и ухом не ведут,
Только денег дай частичку,
А в доверье — продадут!
Там — бывало, без рассказу,
Влезешь в лавку, например,
Да — и ну товар брать сразу,
А в кармане — гранд-мизер!
Ну, пойдешь в трактир, по-русски,
Спросишь чаю на троих,
А там — водочки, закуски...
Глядь, — и кончили все вмиг.
И товары вам доставят,
И доставят вам счета,
Даже сами и отправят,
Словом, — Божья простота!
В Петербурге ж — хоть и много
Дел коммерческих ведут,
Но во всем — ужасно строго...
И в доверье — не дадут!
Впрочем, счастье не узнаешь,
Где что можно приобресть;
Так бывает: где — не чаешь,
Ан, глядишь, что тут и есть!
И бывает — от полушки,
А доходит и до сот,
И бывает — что галушки
Попадают сами в рот...
Так и нам — быть тоже может
В этом новом всем пути:
Наше счастье нам поможет
Клад неведомый найти.
То есть: как возьмем в кредиты, —
Там без срока, иль на срок...
Но мы в этом не сердиты,
Нам лишь дай, хоть за порог, —
А попало лишь бы в лапы,
А там — мы бы им за раз
Понадвинули бы шляпы
До ушей и самых глаз...
Ныне — в этом не стыдятся:
Кто чужое позабрал,
А — напротив — тем гордятся,
Что составят капитал.
Ныне — первым тот и станет,
Кто где что хватить успел;
Кто кого верней обманет,
Кто кого сильней огрел, —
Да окончить дело чисто...
Так — и мы тут точно тож:
Хватим — тысячей на триста,
Чтоб круглее был платеж,
Да, пожалуй, что и баста!..
Хоть могло б не лишним быть,
Так, к примеру, тысяч на сто —
И побольше захватить...

49.

Но, покаместа, для взгляда,
Для начала иль почин,
Нам — и в этом нет наклада,
Нам — и в этом нет причин.
Мы — и с этим, как кумиры,
Станем в мире бытия:
Нам — и с этим все банкиры
Станут лучшие друзья!
Но уж так дешевым родом
Мы себя не продадим,
И в конфуз перед народом
И в насмешку не дадим.
Все уладим, все устроим,
Все контр-мины подведем,
Все усилия удвоим, —
Но... своим свое возьмем!..
А потом, как уберемся
И закончим так или нет:
С кем и как поразочтемся —
В этом будет наш секрет...
А уж где увидим круто,
Что нейдет ни так ни сяк,
Иль наскочим вдруг на плута,
Что откажет наверняк, —
То и тут — себя нимало
Не ударим в грязь лицом,
И во что бы то ни стало,
Но с конфузом не уйдем!
А прикроем аккуратно,
Незаметно чтоб, — и то
Было б вместе деликатно,
Политично и просто.
Порассмотрим их предметы,
Иль, где все, что только есть,
И как будто бы советы
Меж собою будем весть.
Скажем так (без всякой брани,
А то делу повредим):
Что — в камнях вещей нет грани,
Что — в водах какой — то дым;
Там — рубины слишком мелки,
Жемчуга не так крупны,
В том и том — плохи отделки,
Броши, серьги — не модны;
Что чаи — не все в подборе,
Сахар — как-то синеват,
Кофея — не ждут быть вскоре,
Там — ценами дорожат;
Что меха — не так пришиты,
Вина — молоды чрезчур —
И мутны, и не игристы;
В бюстах — мало есть натур;
В лампах — много недостатка,
Сыр — тот жидок, этот — крут;
Там — пестро, там — слишком гладко,
В этом — резко слишком тут...
Там — запрос довольно дорог,
Там — как видится, хотят
Взять процентов лишних сорок,
Иль процентов шестьдесят.
Так-де, может быть, частицу
Отберем из прочих штук,
А то — едем за границу
Покупать из первых рук.
Как то: вина — в Лиссабоне,
Блонды, кружева — в Брюссель,
Плюши, бархаты — в Лионе,
Ленты, веера — в Марсель;
За индигою — в Гвиану,
За полотнами — в Сардам,
За сигарами — в Гаванну,
За ножами — в Бирмингем;
За подносами — в Митаву,
За янтарным всем — в Тильзит,
За штиблетами — в Варшаву,
За ботфортами — в Мадрид...
А там — те и те предметы —
Моды, лакомства, фарфор,
Сабли, ружья, пистолеты,
Перья, прессы... всякий вздор, —
Словом — все, где что творится,
Где что шьют, куют, прядут;
Где, как в сказках говорится,
Прялки на небо кладут...
Или там, где что слыхали
Из рассказов и газет,
Иль из книг поразузнали,
Где что есть, чего где нет...
Ну, конечно, эти сказки
Будут все одно и то ж:
Что припену — по развязке —
Нам не будет ни на грош!
И, конечно, в те же двери
Мы оглоблями загнем, —
Но зато, по крайней мере,
Не краснеючи, пойдем...

50.

А своим всем кредиторам,
У кого что заберем,
За прощальным разговором
Песнь другую пропоем:
Мы-де едем за границу,
Чтоб объездить дочиста
Все главнейшие столицы
И торговые места, —
Сделать взгляд на все конторы
И банкирские дома,
И условить договоры
Обоюдного займа;
Закупить чего с тем вместе,
Что подходным подойдет,
Может — тысячей на двести,
Иль — тысяч на пятьсот...
А потом — катнем за чаем...
Но — предмет как важный чай —
И дела иметь с Китаем, —
Так отправимся в Китай.
Кстати, также бросим взгляды
На китайски моды их
И накупим их наряды
Для особых щеголих,
Так как в нынешние годы
Позамечено стократ,
Что Парижские все моды
Пригляделися на взгляд...
Так вот, мы им всем — Китайских
Всех журналов прикатим,
И журналов — одних майских
Для трескучих даже зим.
Как то: шляпки, блузы, юбки,
Покрывала, колпачки,
Тюники, накидки, шубки

И хрустальны башмачки;
И румян, и разных мазей —
Весь китайский туалет:
От загаров, безобразий,
От седин, морщин и лет, —
Так чтоб нежны полы наши —
От старух и до девиц —
Были лучше, были краше
Европейских всех столиц!..

51.

А затем страны Небесной
Пересмотрим даль и ширь...
И дорогою известной
Полетим потом в Сибирь:
За Нерчинскими камнями,
За Алтайскою рудой,
За Камчатскими бобрами,
Енисейскою пенькой.
И по всем Сибирским юртам
Будем там и сям шнырять:
И не шкурами — а гуртом,
И живьем все покупать.
И пригоним заподрядом
Всех зверей и всех пород
Прямо — в Пензу, целым стадом:
И откроем свой завод...
И весь нрав, их зверству сродный,
Переучим на свой лад:
И к послушности народной
Приспособим, как ягнят.
Так как опыт этот виден —
И практичным и учным:
Что как ни был зверь ехиден,
Но он может быть ручным.
Научили же медведей
Разным пляскам плясунов,
Научили же комедий
И всем фокусам — слонов!
А уж мы не этим штукам
Их научим — чтоб плясать:
Но домашним всем наукам, —
Чтоб пахать, бороновать,
И возить на них поклажи,
Гнать кумыс из молока,
Шерсть сбирать начнем для пряжи
И коптить окорока...
А уж для большого класса
И для роскошных столов —
Все пойдет зверино мясо,
Вместо птиц и осетров!
Только в том одно условье:
Если наши доктора
То признают за здоровье,
Да похвалят повара...
Словом, — это дико племя
Будет дельностью такой,
Что во всем на каждо время
Позаменит все собой:
Лакомство, тепло и моду,
И домашний обиход,
И занятье для народа,
И замену их работ.
Так равно одно ж — и птицы:
И для пользы и потех —
Мы пригоним вереницы
Самых редкостных для всех;
Да таких, что не видали
Путешественники стран,
Чтоб которые плясали
Под Российский барабан...
И не только, чтоб для взоров, —
Но их — перья и носы
Все пошли бы для уборов
И на дамские красы;
И не перышком с цветами, —
Так как ныне то видать, —
Но уж — целыми хвостами
Стали б в головы втыкать: —
Чтоб задать такого пыжа
Миновавшим всем векам,
Что, прощай, журнал Парижа!
Честь и слава — Пензякам!..
И прощай, осетр Урала
И саратовски садки!..
Нам возить будут с Байкала
Трехаршинные снятки!..

52.

А потом... и распростимся,
Разумеется, — не так, —
И в порядке угостимся
Чтоб был редерер, коньяк;
Да чтоб проводы на славу
На весь Питер позадать!..
А там — только б — за заставу...
По машине откатать...
Нам лишь их бы успокоить,
Что мы едем в Лиссабон,—
А то — можем перестроить
И на новый лад, и тон.
Бросив все чужие край
И все моды их и швырь,
И — Мадриды, и — Китай,
И — алмазную Сибирь,
И весь бред, и небылицы,
И на все махнув рукой,—
И уж, вместо заграницы,
Полетим прямком домой...
А вы — тут нас подождите
В переменку тот с другим,
Да у моря посидите...
Мы — вам горы прикатим!..

 

 

==================================================
Читать далее: Заключение. Эпилог
________________________________________
В оглавление.
==================================================

________________________________________
Источник: Иванисов М. И. Пенза : Поэтич. описание города
в 60-70 гг. XIX в. и сатирические очерки купеческого быта.
Пенза: Еженедельник "Мир людей", 1997. с. 45-83.
________________________________________

 

 

Добавить комментарий


хостинг KOMTET